Лестер дель Рей 
Суеверие

Лестер Дель Рей
Суеверие

Прошло четыре месяца с тех пор, как «Сепелора» покинула университетскую планету Терру. Все эти месяцы она двигалась с максимальной скоростью — восемьдесят световых лет в час — и теперь приступала к торможению. С момента начала сбрасывания сверхскорости прошло около суток. Аннигиляторы пространства гудели все так же монотонно, поддерживая вокруг корабля поле, уничтожавшее материю. Большой обзорный экран пока оставался слепым из-за эффекта «абсолютного отражения». В кабине управления ощущалось легкое движение чуть затхлого воздуха, и искусственное гравитационное поле работало по-прежнему. Капитан Дерек мог быть доволен: торможение шло отлично.
Он сидел, развалясь в кресле перед пультом управления, и невидяще смотрел на свое отражение в темном экране обзора. Рука капитана механически рисовала черные тузы, виселицы и другие символы злого рока, давно уже не имевшие в его культуре реальных прототипов.
Глубоко посаженные глаза, запавшие щеки и ужасная худоба делали его похожим на мертвеца. В сорок пять лет капитан выглядел на все пятьдесят; казалось, черты его лица отражают постоянное беспокойство и уныние.
Внезапно тишину нарушил резкий голос из динамика. Это был его помощник, Ферад: «К вам психолог Сирил, сэр!».
Дерек тяжело вздохнул, стараясь сфокусировать взгляд, и его пальцы сами собой сложились в древний знак, ограждающий от зла. Наверно, ее послал физик, Кайел; последнее время он при каждой встрече как-то подозрительно логлядывал на капитана. Что же, теперь Сирил здесь, и ничего с этим не поделаешь. «Пусть войдет!» — приказал Дерек и медленно повернулся к двери.
Несмотря на гражданскую одежду, у Сирил был более собранный и подтянутый вид, чем у капитана. Она вошла твердым шагом, выпрямив спину и развернув плечи.
Лицо Сирил выражало профессиональную доброжелательность психолога, приступающего к выполнению своих обязанностей. Подчеркнутый профессионализм сочетался в ней с обостренным осознанием своей женственности: это бывает с женщинами, которые в глубине души хотели бы быть мужчиной. Она была на десять лет младше Дерека и ненамного меньше его ростом, но ее лицо и фигура отличались красотой. Короткие черные волосы не шли Сирил; впрочем, она не обращала на это внимания.
Времени она не теряла. Не успел Дерек приподняться с кресла, как она быстро закатала ему рукав и достала шприц. Он ощутил холодное прикосновение антисептика, а затем — слабый укол.
— Через минуту вы будете в порядке, — спокойно произнесла Сирил. — Мне надо было прийти пораньше, но из-за всех этих слухов пришлось задержаться. Я так и знала, что с вами это случится. В вашей медицинской карте указано, что вы страдаете от депрессии с нерегулярными периодами обострения.
Она сухо улыбнулась и убрала шприц.
— Взбодритесь, капитан. Все не так уж плохо.
Дерек почти обрадовался, когда понял, что ему ввели антидепрессант, но слова Сирил вновь испортили ему настроение. Злой рок, хроническое невезение — это не депрессия, которую можно вылечить с помощью лекарств.
В свои годы Дерек был единственным офицером Агентства, который занимал положение ниже, чем командующий сектором. Все его начинания кончались неудачей, и почти всегда не по его вине. На его счету были взорвавшийся тренировочный корабль, девушка, умершая от внезапно развившейся мутации, пропавшие таинственным образом отчеты… в общем, множество роковых случайностей, которые привели к этой последней экспедиции — самой безнадежной из всех.
— Оптимизм! — горько произнес капитан. — Какой тут может быть оптимизм, если тебе в который раз приходится возглавить предприятие, обреченное на фиаско!
— Что за суеверие?! — фыркнула Сирил. — Я готова признать, Дерек, что ваша карьера складывалась не самым лучшим образом. Но настоящая проблема возникла только теперь — когда вы сами поверили, что над вами навис злой рок! Вы настолько уверены, что впереди у нас одни неприятности, что это заранее лишает вас всякой инициативы. Возьмите себя в руки, Дерек! Я уже несколько месяцев замечаю, как вы смотрите на меня. Я ведь вам нравлюсь, не так ли? Но вы пальцем не шевельнули, чтобы хоть что-нибудь предпринять: а вдруг ничего не получится?
Дерек почувствовал, что кровь прилила к его щекам: в словах Сирил было слишком много правды. Она спокойно смотрела на него изучающим взглядом, словно наблюдая за действием антидепрессанта. Внезапно она весело рассмеялась и села в соседнее кресло.
— Я думаю, Дерек, со временем вам стоит попытаться, а? Но только не сейчас. В воздухе витает столько слухов, что мне просто необходимо разобраться с ними. Послушайте, почему мы ничего не знаем о настоящей цели экспедиции? Корабль уже сбросил скорость, а экипаж по-прежнему в неведении.
Лекарство начинало действовать. Дерек не разуверился в своем злом роке, но уже мог спокойно говорить о других вещах. Он обдумал заданный вопрос, невольно удивляясь, что Сирил еще не в курсе дела.
— Что вы знаете из истории Войны? Расскажите, как этому учат на Терре? — попросил он. На некоторых отдаленных планетах история Войны обрастала нелепыми легендами.
На мгновение Сирил нетерпеливо нахмурилась, но потом решила пойти у капитана на поводу. Ее рассказ (за исключением провинциального заблуждения, что Терра — колыбель человечества) оказался довольно точным. Человек вышел в космос примерно две тысячи лет назад; почти сразу был случайно изобретен аннигилятор времени, позволяющий передвигаться в космосе со скоростью, превышающей скорость света. Люди поразительно быстро проникали во все концы галактики, используя для космических путешествий вещество под названием уран.
Спустя триста лет из-за недостатка урана человечество раскололось на две враждующие империи. Война была невероятно свирепой; целые солнечные системы превращались в сверхновые звезды; в конце концов, обе империи выдохлись и прекратили войну, а запасы урана оказались совершенно исчерпанными. Секрет сверхскоростных путешествий был утерян, остались только смутные намеки и догадки. Понадобились столетия, чтобы найти новый источник энергии — им оказался бор — и разработать технологию уничтожения пространства вокруг корабля для создания сверхсветовой скорости. После этого человечество вновь начало распространяться во Вселенной.
Пятьдесят лет назад люди случайно пересекли границы второй империи. Она оказалась технически более развитой и все еще хранила древнюю ненависть к бывшим соперникам. Враги не стали терять ни минуты и рьяно бросились в бой, захватывая планету за планетой. Первое время казалось, что Федерация обречена. Но позднее ей удалось перенять часть достижений вражеской науки.
Через несколько лет…
— Через несколько лет — или месяцев — Федерация прекратит свое существование, если наша миссия закончится неудачей, — угрюмо перебил Дерек. Он пошарил рукой в ящике и вытащил оттуда пакет с текстом сообщения. При чтении сухих, официальных фраз его губы невольно скривились.
— По пути на рандеву с Пятым флотом корабль «Вараок» внезапно прервал сверхскоростной прыжок в одном из секторов взорванного солнца, пострадавших во время прежней войны. Это произошло в 9-17/2.47:23 по времени Федерации. В 9-17/2.47:26 корабль оказался в четверти миллиона миль от одной из планет Сириуса. Нечто неизвестное в один миг перебросило его на двести тысяч световых лет пути! И пока мы не поймем, кто и как это сделал, не обнаружим вражескую базу и не завладеем секретом этого оружия, Федерация будет непрестанно находиться в смертельной опасности. Чтобы раскрыть этот секрет, и был предпринят такой отчаянный шаг, как наша миссия. «Сепелора» и еще одиннадцать кораблей были срочно подготовлены к полету, нашпигованы записывающей аппаратурой и направлены в сектор, где пропал «Вараок». За ними по пятам следует военный флот. Если нам повезет и мы обнаружим загадочное оружие, специальные приборы помогут исследовать его на месте. Если корабли-разведчики будут обнаружены врагом раньше, военный флот сможет засечь место их последнего сигнала и начнет бомбардировку сектора. После этого останется только надеяться, что вражеская база была экспериментальной, и что второй такой во Вселенной нет.
Сирил торопливо просмотрела бумаги и сморщилась от отвращения.
— Я не могу поверить, что на Терре нам выдали эту чушь! Дерек, неужели вы думаете, что люди поверят в такую глупость? Мгновенная телепортация? Вы сами-то в нее верите?
Дерек взглянул на Сирил, и уныние в его душе сменилось злостью, уничтожившей последние следы действия антидепрессанта.
— Верю ли я? — медленно произнес он. — Кому же верить, как не мне? Я был капитаном «Вараока», когда это случилось!
Тогда его впервые назначили командиром боевого корабля, и его последний шанс сделать карьеру провалился.
Происшедшее с «Вараоком» принесло огромный ущерб Федерации, хотя в этом не было личной вины Дерека.
Впрочем, он даже не особенно удивился: это было вполне в духе его злого гения.
Сирил недоверчиво фыркнула.
— Капитан, даже я знаю, что один-единственный фотон обладает бесконечной энергией, которая не позволит кораблю двигаться с неограниченной скоростью. Для этого понадобится абсолютный аннигилятор пространства, которого в природе не существует. Эта история напоминает мне бредни Звана. Помните, был такой знаменитый математик, еще до времен Катастрофы: талантливый, но такой же суеверный, как и вы. Он верил в такие вещи, как чтение мыслей, ясновидение и телепортация!
Легенды утверждали, что люди обладали потенциальной способностью к таким вещам, и иногда им даже удавалось развить в себе до определенной степени парапсихологические свойства. Однако напоминать об этом Сирил было бесполезно. Дерек негромко выругался и повторил:
— Говорю вам, я был там!
— Гипнотическое внушение! Вы бы лучше следили за своим здоровьем. Ведь вам предстоит отдавать приказы, капитан Дерек…
На контрольной панели внезапно загорелись красные сигналы тревоги, раздался оглушительный вой сирены.
Сноп света ворвался в кабину сквозь обзорный экран, включился и заработал большой радар. На экране появилось изображение и координаты космического объекта планетарного типа, находящегося менее чем в 10 000 миль прямо по курсу. Одновременно на приборной панели вспыхнули зеленые буквы, сообщая, что сверхскоростной прыжок завершен.
Дерек выключил сирену и застучал пальцами по кнопкам, пытаясь узнать, в чем дело. Никто не отвечал. Правда, члены команды обычно не принимали никакого участия в управлении кораблем во время сверхскоростного прыжка, но хоть кто-то должен быть на посту, чтобы следить за показаниями приборов и работой аннигилятора пространства! Капитан включил громкую связь, и его голос разнесся по всему кораблю. Ответа по-прежнему не было.
Дверь рывком распахнулась, и в кабину ввалился смертельно бледный Ферад, старший помощник. Вслед за ним вбежал еще один человек, в котором Дерек узнал физика Кайела. Маленький безвольный подбородок физика отвис от ужаса, на шее ходил огромный кадык. Кайел всплеснул руками и завопил:
— Исчезли! Все исчезли!
Дерек пробормотал ругательство, отодвинул физика в сторону и вышел из кабины. Он прошел коротким коридором, выглянул за дверь — и замер.
Через два метра пол заканчивался. Там, где раньше располагались кабины пилотов, служебные помещения, комнаты отдыха, машинные отсеки, — не было ничего!
Точнее, оставалась оболочка корпуса корабля и птичка кери с Сириуса, которая порхала во влажном воздухе, напоенном ароматами сирианских цветов.
За спиной Дерека раздался изумленный крик Сирил; ее ногти впились ему в плечо. Ферад стоял ни жив ни мертв; Кайел не мог вздохнуть и дрожащими руками пытался зажечь свою трубку. Потом он встретил взгляд Дерека и немного успокоился.
— Все исчезло мгновенно! Я был вот там… — Кайел указал на остатки ракетного отсека. — Корпус не поврежден, а внутри ничего нет! Невероятно!
Дерек понимал их состояние, но после череды неудач он практически потерял способность впадать в отчаяние.
Все имело свои плюсы, даже злой рок.
— Что с аннигилятором пространства? Мы можем починить его?
— Нет, — уверенно ответил Кайел после небольшой паузы. — На самом деле он почти невредим, но нам нужны инструменты, которые теперь неизвестно где.
Дерек кивнул.
— Ладно, давайте посмотрим, что из записывающей аппаратуры уцелело. Если мы сможем вернуться, Федерации понадобятся эти записи. Ферад, возвращайтесь к ракетам. Судя по всему, нам сейчас придется сесть на эту планету. А вы, Сирил, если собираетесь и дальше обвинять меня в суеверности…
Он слабо усмехнулся. Психолог смотрела в провал, явно не веря своим глазам. Дерек и сам с трудом осознавал, что произошло.
Восемьдесят человек и почти весь многотонный корабль исчезли, оставив вместо себя только сирианскую птичку и запах цветов. Среди пропавших были пилоты, навигаторы, инженеры. Дерек не совершал посадку с помощью ракет уже более двадцати лет, и у него даже не было данных о гравитации и атмосфере планеты. Его слабая улыбка пропала сама собой, и он мысленно застонал, возвращаясь к пульту управления.
Корабль вплотную приблизился к планете, когда Кайел вернулся с сообщением, что приборы совершенно ничего не записали. В то время, как он изучал спектрограмму, в кабину вошла Сирил. Она приготовила кофе в знак примирения.
— Продукты остались на месте, — сообщила она, — там вполне достаточно… для четверых.
— Спасибо. — Дерек попробовал кофе и обнаружил, что он отвратителен на вкус. Но, по крайней мере, кофе был горячий и жидкий. — Отнесите-ка лучше кофе Фераду, если найдете дорогу, и скажите, что если он не принесет отчет через минуту, я сниму с него его толстую шкуру.
Кайел взял чашку с таким потрясенным видом, словно его впервые угостила женщина. Кроме того, он явно ни разу не, был на Терре и поэтому не знал, что такое кофе.
Дерек прервал сбивчивые изъявления благодарности со стороны физика, спросив его:
— Обнаружили что-нибудь, Кайел?
Сирил бросила на капитана желчный взгляд и чеканным шагом вышла из кабины. Кайел проводил ее глазами, неохотно повернулся к Дереку и ответил:
— Мы в системе одного из взорванных солнц, сэр. Впрочем, кажется, эту планету задело не сильно…
Возможно, это солнце было взорвано одним из последних, подумал Дерек. Жизнь здесь сохраниться не могла; в лучшем случае, если взрыв слегка задел планету, можно поискать какое-нибудь оборудование в руинах городов.
Кайел покачал головой:
— …Но все-таки взрывная волна сюда дошла, об этом говорит присутствие гелия в атмосфере… Забавно. В воздухе много свободного кислорода — почти как на Терре. — Физик задумчиво посасывал трубку, сквозь толстые линзы очков рассматривая подготовленные им диаграммы. — Хм… плотность, высота… гравитация равна единице. Черт, там не должно быть столько свободного кислорода!
Дерек поморщился. «Сепелора» не была приспособлена для посадки на планеты с большой силой тяжести, и приземление предстояло опасное. Однако, если им удастся посадить корабль, кислород будет очень кстати. А если древний взрыв солнца не оставил им шанса найти инструменты в руинах, то им не надо бояться диких животных или дикарей — потомков людей, переживших взрыв. Некоторые из отдаленных миров после Войны впали в первобытную дикость.
Наконец явился с докладом Ферад. Он жаловался, что ему не привести дюзы в готовность одному.
— Возьми себе в помощь Сирил, — приказал Дерек. — Двигатели должны быть готовы через пять минут, а иначе мы пропустим перигей.
После выключения аннигилятора пространства корабль продолжал двигаться по инерции, приближаясь к планете по эллиптической орбите. До поверхности планеты оставалось около 600 миль.
На удивление скоро Ферад сообщил, что ракеты готовы. Корабль наполнился низким ревом. Дерек мрачно наблюдал за датчиками, ожидая худшего. После того как от корабля остался только корпус, «Сепелора» оказалась совершенно разбалансированной. Учитывая, что ей командовал хронический неудачник, могло произойти все, что угодно. Обычно Дерек умудрялся выпутаться из одной неприятности, прежде чем попасть в другую, но сейчас обстоятельства были особые.
«Сепелора» вошла в атмосферу крайне неудачно. На то, чтобы провести коррекцию с помощью боковых дюз, не оставалось времени, а гироскопы исчезли вместе с другими устройствами. Корабль трещал и раскачивался; одна из переборок лопнула и с грохотом развалилась. Дерек вытирал пот со лба и тщетно пытался вспомнить, чему его учили в ракетной школе. Но ему на ум пришла только бесконечно длинная лекция инструктора о том, как избегать аварийных ситуаций.
Корабль наконец перестал раскачиваться и выпрямился. Началось быстрое планирование. Радар вышел из строя, но обзорный экран продолжал действовать: до планеты оставалось около двадцати миль, и она стремительно приближалась.
Внезапно Кайел издал странный звук и черенком трубки указал на экран. Капитан ничего не успел разглядеть, но физик воскликнул:
— Город! Прямые линии — это улицы!
— Развалины? Что же, вполне возможно, — ответил Дерек.
Похоже, им повезло, и взрыв не сильно затронул эту планету. Тогда надо будет хорошо обыскать руины… Со времен Войны прошло тринадцать веков, и, наверно, многие инструменты разрушились от времени, но на других планетах иногда находили древние вещи в хорошем состоянии.
Корабль пронзил тонкий слой облаков, и его начало швырять во все стороны. Траектория планирования с каждой секундой становилась все круче и круче. Дерек развернул корабль хвостом вниз. Последние три мили «Сепелора» падала как камень, неимоверно вихляя при этом.
Скорость корабля была все еще слишком велика. Осталась одна миля. Скрипнув зубами, Дерек усилил тягу, надеясь, что корпус выдержит. До столкновения оставалось несколько секунд.
Кайел вскочил и с криком показал на экран. Краем глаза Дерек заметил внизу улицы и здания.
— Ничего! Пламя разровняет поверхность! — крикнул он сквозь рев дюз.
— Дерек! Там люди! Они двигаются!
Истерический вопль Кайела на мгновение отвлек его внимание, но терять время было нельзя. Корабль еще раз качнулся, завис и стал медленно опускаться. Дерек мельком взглянул на экран, и его руки застыли на пульте управления. По прямым улицам во множестве бежали маленькие человеческие фигурки.
Времени на раздумья не оставалось. Стремление спасти от гибели людей победило, и капитан сделал попытку изменить курс. Корабль резко качнулся, завалился на бок и камнем полетел вниз. Последним рефлекторным движением Дерек успел выключить двигатели…
Кайел лежал без сознания. Дерек посмотрел на него, затем перевел взгляд на свои руки. Корабль упал, но не разбился, и экипаж выжил. Дерек попытался прикинуть, каковы были их шансы на спасение. Теоретически, при ударе о поверхность с такой скоростью корабль должен был взорваться. Возможность спасения, конечно, оставалась, но она казалась ничтожной. Похоже на то, подумал Дерек, что долгие годы тотального невезения наконец уравновесились одной невозможной удачей.
Кайел открыл глаза и заморгал, приходя в себя. Его пальцы попытались нашарить очки на носу.
— Где моя трубка? — прохрипел он. Затем выпрямился и уставился на капитана. — Мы что, выжили?!
— Твоей заслуги в этом нет, — сухо ответил Дерек, включая обзорный экран.
В этот момент в кабину вошли Сирил и Ферад. Они выглядели совершенно измотанными, но не перепуганными до смерти, как Кайел: возможно, потому что не вполне представляли, что произошло.
— Не спешите радоваться, — обратился к ним капитан. — Тут, похоже, есть города и люди. Принимая в расчет, что ни на одной из планет взорванных солнц население не выжило, можете поздравить друг друга с приземлением посреди вражеской колонии!
— Вы же знаете, Дерек, что наши враги — это обитатели пещер, возразила Сирил. — Они не строят наземных городов. И взгляните на это.
Обзорный экран показывал, что они приземлились посреди полей картофеля и пшеницы. Вдалеке виднелись низкие кирпичные и деревянные постройки.
— Земледельческая культура, — быстро определила Сирил. — Посмотрите вот и туземцы! Идут прямо к кораблю через поле. Нам повезло. Земледельческие культуры обычно не воинственны.
По направлению к кораблю, не выказывая никаких признаков страха, двигались несколько человек. Они были одеты в грубые штаны и пончо коричневого цвета.
Мужчины носили бороды и волосы до плеч, женщины — длинные косы. У всех был здоровый, процветающий вид.
Впереди группы шел старик с окладистой седой бородой.
Он подошел к обзорному экрану и замахал руками, явно приглашая гостей выйти наружу. В руке старик держал что-то вроде небольшого камня.
Дерек задумался на мгновение и решительно двинулся к двери. Сирил поймала его за руку.
— Куда это вы собрались?
— Наружу. Вы же сами сказали, что они не воинственны.
— Как правило, не воинственны, — поспешно согласилась она. — Но вдруг…
— Но вдруг у них есть суеверия относительно демонов, прилетающих с неба? — съязвил Дерек. — Как хотите, а я выхожу.
Он пошел к ближайшему люку. Все равно больше ничего не оставалось делать. Их немногочисленное оружие исчезло вместе со всеми инструментами и космическим передатчиком. «Сепелора» была всего лишь слегка переделанным грузовым кораблем, и ее корпус не выдержал бы атаки даже со стороны воинов примитивной культуры. Если их и ожидали неприятности, тянуть время было бесполезно.
После недолгого колебания Сирил пошла вслед за капитаном, за ней неохотно потянулись двое остальных.
Вскоре она догнала Дерека и зашагала рядом с ним. Если она и боялась, то никак не показывала своего страха.
Капитан открыл внутренний люк, затем внешний, и выпрыгнул наружу. Корабль приземлился на вспаханное поле. Старик и сопровождающие его туземцы подошли поближе. На губах старца появилось что-то вроде улыбки, и он сначала медленно, потом все более уверенно заговорил на классическом английском языке XXV столетия. Дерек с удивлением услышал слова древнего приветствия и попытался ответить на том же наречии.
На его родной планете классический английский давно вышел из употребления и считался языком науки.
В молодости Дерек изучал его долгих восемь лет, не надеясь, что этот мертвый язык когда-нибудь ему понадобится.
Старик повернулся к своим спутникам, и они некоторое время тихо переговаривались между собой. Сирил озадаченно взглянула на Дерека.
— Я писала диссертацию по работам Звана, так что мне пришлось выучить классический английский. Эти крестьяне говорят на абсолютно чистом языке, словно он не изменился за тысячу четыреста лет! Обычно в примитивных культурах древние языки за несколько столетий меняются до неузнаваемости.
Дерек пожал плечами. Хотя Сирил знала много, но она считала свои познания истиной в последней инстанции. Это не первый случай, подумал он, когда образование идет во вред. В этот момент к нему снова обратился старик.
— Я — Скора, деревенский жрец. Мы посовещались и решили сказать вам: добро пожаловать на Планету бога. Мы рады, что вы приземлились так удачно. Я заметил корабль слишком поздно, чтобы призвать бога на помощь и посадить корабль более мягко. Если вы пойдете с нами в деревню, мы дадим вам кров и пищу. Ночи у нас довольно холодные.
Дерек быстро обдумал слова жреца. Лично он предпочел бы остаться на корабле, но здравый смысл подсказывал ему принять предложение.
— Это очень любезно с вашей стороны. Мы премного благодарны, — ответил он, в глубине души гордясь, что помнит старинные обороты речи.
Старик цепким взглядом изучал прибывших. На его лице промелькнула улыбка, когда он заметил жадные глаза Ферада, устремленные на одну из туземных женщин.
— Эта женщина не замужем, — обратился жрец к Сирил. — Скажи ему, что он ей нравится. Если он хочет, он ее получит.
Сирил быстро перевела слова старика.
— Соглашайся, а то ты их обидишь, — посоветовала она, хотя лицо Ферада ясно показывало, что этот совет излишен. — Дерек, я была права. Типичная примитивная культура: гостеприимные, доверчивые, суеверные люди. Вы заметили, как жрец назвал их планету — Планета бога? Или как он собирался с помощью заклинаний посадить наш корабль?
Дерек пробормотал что-то похожее на согласие. Это дело старика: почему бы не объяснить успешное приземление корабля молитвами или заклинаниями? Всю дорогу к деревне капитан внимательно рассматривал туземцев.
— Может быть, вы и правы, Сирил, — произнес он после долгой паузы, но мне очень интересно, откуда примитивному народу известно о космических кораблях и безопасном приземлении? И почему жрец предложил тебе перевести его предложение Фераду, который до того не произнес ни слова? И еще — жрец сказал, что ночи у них холодные. Он что, знает, какие бывают ночи на других планетах?
На этот раз Сирил промолчала. Дерек все-таки надеялся, что она найдет ответ, и ее молчание усугубило его подозрения. Что-то было не в порядке на этой Планете бога!
Предложенный им дом оказался на удивление комфортабельным, особенно после того, как они научились зажигать торф в очаге. Еда тоже была вполне сносной (если кому-то нравится овсяная каша с бараниной). Вопреки своим ожиданиям, Дерек мгновенно уснул. Но рассвет уже застал его на ногах. Он вышел из деревни, осмотрел «Сепелору» и пошел по вспаханным полям к холмам. Никто не сделал попытки задержать его. Сирил оказалась права: будучи гостями, они могли чувствовать себя в полной безопасности.
Но его подозрения сразу вернулись, как только он окинул взглядом вид с высокого холма. В древние времена при взрыве солнца эта планета выдержала жестокий удар: большие участки земли были обугленными, кое-где виднелись оплавленные вершины скал. На обожженной земле росли кривые деревца, но чем дальше от деревни, тем реже. Вдалеке не было видно вообще ни единого дерева.
По всем признакам, дожди здесь выпадали нечасто. Деревня и ее окрестности казались частицей другого мира, непонятно как попавшей на эту опустошенную планету.
С вершины другого холма Дерек заметил на горизонте пятно яркой зелени: похоже, там была вторая деревня.
Он огляделся в поисках дороги или тропинки, но так и не нашел ее.
Когда он вернулся, в полях уже шли работы. Рядом паслись стада овец и коз; некоторые люди возились возле домов. Туземцы излучали спокойствие и радость, которые удивили Дерека: он привык к атмосфере унылой безнадежности, царившей на отдаленных сельскохозяйственных планетах.
Неподалеку от того поля, на которое приземлилась «Сепелора», Дерек заметил молодого крестьянина, пахавшего землю. Парень без видимых усилий тащил за собой плуг, оставлявший в земле глубокую борозду. Приглядевшись, Дерек заметил, что вместо лемеха к плугу была прикреплена тонкая изогнутая полоска металла. Либо этот крестьянин был невероятно силен, либо почва здесь невероятно мягкая, подумал Дерек и набрал горсть земли. Она выглядела как самая обычная почва.
— Доброе утро, Дерек. Я — Микла. — Молодой крестьянин оставил плуг в земле, нагнулся, тоже зачерпнул рукой землю и растер ее между пальцами. Слишком сухая. Сегодня ночью надо будет вызвать дождь.
Дерек пожал ему руку и убедился, что она не сильнее, чем рука любого другого человека.
— Рад познакомиться с тобой, Микла. Объясни мне, как ты пашешь?
— Посмотри сам.
Микла вытащил плуг из земли и показал Дереку. Он выглядел как самая обыкновенная палка с изогнутой тонкой полоской металла на одном конце и красивой узорной рукояткой на другом. Рукоятка была сделана из обожженной глины и покрыта странными завитушками.
— Я кладу руку на амулет, и бог сам ведет мой плуг. Так повелось с древних времен, и мы ничего не меняем.
Дерек осмотрел борозду и не нашел там никакой машины, которая пахала бы, подчиняясь сигналу из рукоятки. Он нахмурился и решил, что будет безопаснее пока принять такое объяснение.
— Похоже, что бог, которому вы поклоняетесь, действительно помогает вам? — произнес он.
— Поклоняемся? — Микла покачал головой. — Мы не настолько суеверны, Дерек. Мы же знаем, что наш бог был всего лишь человеком, как ты или я. Порой я думаю, что он был слегка сумасшедшим. Кстати, я собираюсь перейти на следующее поле. Ты не возражаешь, если я передвину твой корабль?
Этот крестьянин никак не сможет повредить корабль, прикинул Дерек. Он сам собирался отвести корабль на другое место, если осталось достаточно топлива. Что же, пусть попробует и убедится, что магия не всесильна.
— Давай, давай, — сказал Дерек и пошел в дом к своим товарищам. Дом принадлежал Лари, новой то ли жене, то ли наложнице Ферада. Проходя по деревне, Дерек время от времени слышал, как жители приветствуют друг друга древними ритуальными словами. Однако, кроме приветствий, он не слышал никаких разговоров.
Когда Дерек вошел в дом, Ферад с нетерпением следил за тем, как Лари готовит завтрак и накрывает на стол.
Лари радостно улыбнулась вошедшему.
— Доброе утро, Дерек! Я приглашу вас к столу, как только бог пошлет нам фрукты. А пока, если хочешь, побрейся, Скора принес старинную бритву бога.
Дерек оторопело проводил глазами Лари. Этот прагматичный бог казался довольно забавной персоной. Капитан прошел в неплохую ванную, по дороге раздумывая, где туземцы берут воду: на крыше каждого дома стояла бочка, но никаких труб не было видно. Бритва выглядела так, словно ее украли из музея Довоенной эпохи. Рядом с ней лежал брусок жесткого самодельного мыла.
Бритва была в прекрасном состоянии, и Дерек быстро побрился.
Когда Дерек вышел из ванной, он увидел Кайела неподалеку от двери спальни Сирил. Физик покраснел, прикусил черенок свой трубки и быстро удалился. Дерек негромко постучал в дверь, распахнул ее и крикнул:
— Завтрак готов!
Сирил сонно открыла глаза, вскрикнула и так поспешно завернулась в одеяло, словно от этого зависела ее жизнь.
С побледневшим лицом она хрипло пробормотала:
— Как вы посмели…
— Кто-то же должен был вас разбудить, — логично заметил Дерек. Он слышал о том, что некоторые люди носят одежду не только ради удобства, но не думал, что женщины с Терры придерживаются древних табу. — Что же вы раньше не рассказывали мне о ваших религиозных ограничениях?
Сирил невольно дернулась, подхватив падающее одеяло. Ее лицо побледнело, потом покраснело, затем стало суровым. Она вылезла из кровати и трясущимися руками принялась натягивать на себя одежду.
— У меня нет никаких табу, капитан Дерэк, — заявила она дрожащим голосом. — Я протестую против вашего вторжения в мое личное пространство! Я же могла делать тут все что угодно! Интересно, что бы вы сказали, если бы я так же вломилась в вашу спальню?
— Попробуйте как-нибудь, — предложил он, усмехнувшись. — И не слишком рассчитывайте на мой «вечный страх перед неудачей».
Сирил фыркнула и стала одеваться с удвоенной быстротой. Вскоре она выпрямилась, провела рукой по коротким волосам и превратилась в прежнюю Сирил.
— Может быть, я и попытаюсь, капитан, только как-нибудь потом. Похоже, я дала вам слишком большую дозу антидепрессанта, но рано или поздно ее действие закончится.
Дерек махнул рукой и пошел завтракать. Неплохая у него собралась команда! Он слышал о том, что после Войны почти каждый человек страдал различными невротическими расстройствами. С точки зрения психиатрии, Кайелу можно было приписать Эдипов комплекс, Ферад страдал от обжорства и любил прикинуться дурачком, чтобы избежать ответственности, а Сирил окружила себя стеной презрения к мужскому полу, потому что, к своему сожалению, не родилась мужчиной. Может быть, вся их цивилизация пошла по неверному пути? Деревенские жители выглядели настолько спокойными и уравновешенными, словно только что прошли курс лечения у психотерапевта.
За столом уже сидели Скора, Ферад и Кайел. Вслед за Дереком вошла Сирил и села рядом с Кайелом, отодвинувшись подальше от капитана. Скора рассказывал о проблемах, которые возникли в школе у одного из учеников: мальчик упорно не понимал божьих откровений. Посреди стола стояла ваза с роскошными фруктами.
— Вы не поверите, но я в первый раз в жизни ем фрукты, — сказал Скора. — Недавно я узнал, что в других мирах на завтрак едят не только кашу, и решил попробовать раздобыть самые лучшие…
Дерек задумчиво очищал кожуру с фрукта. Можно ли здесь чему-нибудь верить? Такие плоды росли только на Ференисе и составляли там главную отрасль экспорта.
Он попробовал ароматную мякоть: плод был свежим и спелым.
— До Ферениса не меньше ста тысяч световых лет, — небрежно заметил Дерек.
— Прекрасно! Великолепно! — Скора радостно улыбнулся и наклонился вперед, чтобы не пропустить новую информацию. — Вы говорите, на Ференисе? Надо будет запомнить. Но мы достаем эти плоды гораздо ближе. Они росли на многих планетах взорванных солнц, и сейчас кое-где еще сохранились. Бог сказал нам, где их искать, и мы послали за ними мальчика, которому надо было потренироваться.
— Так у вас есть космические корабли! — воскликнул Дерек. Фрукт выпал из его руки и шлепнулся на пол. — Если они добывают плоды в своей системе, то у них нет сверхскоростных кораблей, хотя кто знает…
Скора с сожалением пожал плечами.
— Боюсь, что нет, Дерек. Ванир — это примитивный мир. У нас есть только наш бог и его могущество. Мы всегда считали, что постройка космических кораблей слишком трудна и не стоит затраченных усилий. С вашей точки зрения мы похожи на дикарей, не так ли?
— Но…
Сирил прошептала на ухо Дереку на всеобщем языке:
— Прекратите ваши расспросы! Вы невольно можете нарушить какие-нибудь табу, и добром это не кончится!
— Но он знает, что расстояние до Ферениса больше, чем до других планет!
— Может быть, из легенд или сказаний… — Сирил снова перешла на классический английский и извинилась перед Скорой.
Дерек замолчал, но он был недоволен. Экзотический фрукт рос только в тропических лесах, которых на этой планете не существовало. Может быть, это поселение и не было вражеской колонией; может быть, у них не было своих космических кораблей; но, может быть, сюда периодически заходил вражеский флот? Из своего печального опыта Дерек уже знал, что все странное и подозрительное потенциально опасно. Невеселые мысли одолевали капитана, и пироги Лари казались ему безвкусными.
Даже этот бог мог оказаться враждебным. Возможно, он применял какие-то странные технологии, чтобы творить «чудеса» в деревне и держать население в повиновении.
В таком случае, они угодили в западню, и прибытие черных вражеских кораблей оставалось только делом времени!
Дерек резко встал, торопливо извинился и сделал знак Кайелу следовать за собой. Нельзя было терять время на пустые догадки. Единственным средством покинуть эту планету была «Сепелора», и ее необходимо было привести в рабочее состояние.
Пока капитан высказывал Кайелу свои подозрения, к ним присоединилась Сирил. Бросив презрительный взгляд на побледневшего от страха физика, Сирил схватилась за голову в притворном ужасе.
— Да у вас просто мания преследования! Эх вы, мужчины! Стоит вам что-нибудь не до конца понять, как ваше воображение рисует врага под каждой скалой! Я, как психолог, могу сказать, что в поведении туземцев нет ни следа комплекса неполноценности, характерного для примитивных народов, которые поддерживают контакт с более развитой расой.
Сирил свысока улыбнулась. Они продолжали идти к «Сепелоре». Дерек заметил возле корабля фигуру человека, в котором он вскоре узнал Миклу. Парень помахал им рукой и вернулся к своему занятию. Подойдя поближе, они увидели, что Микла водит пальцем по большому плоскому камню странной формы, сплошь покрытому узорами и завитушками.
— Магическое действо, — уверенно сказала Сирил. — Похоже, он думает, что корабль — это живое существо, на которое можно повлиять с помощью чар.
Микла вытянул правую руку с камнем перед собой.
Другой рукой он прикоснулся к корпусу корабля и начал медленно поднимать правую руку вверх. В тот же миг двадцать тысяч тонн корабля приподнялись над землей на фут и медленно поплыли над ней. Микла толкал корабль перед собой, направляя его на пустошь в полумиле от поля.
К тому времени, как Дерек, Кайел и Сирил добежали до корабля, Микла уже закончил его перемещение, подобрал свой плуг и ушел на поле. Дерек ощупью влез в кабину и принялся торопливо нажимать на кнопки. Судя по всему, корабль не был поврежден.
— Антигравитация! — благоговейно прошептал Кайел. — Я всегда думал, что для создания подобного эффекта необходимо не меньше нескольких тонн специального оборудования.
Дерек многозначительно посмотрел в лицо Сирил, но она уже пришла в себя.
— Это наверняка гипноз! Они загипнотизировали нас, пока мы спали, и внушили нам, что корабль был на другом поле, когда на самом деле он всегда стоял здесь! А потом нам внушили, что он двигался. Техника гипноза известна многим примитивным культурам.
— Проще всего признать, что это магия, — флегматично заметил Дерек. Это тоже отличное объяснение, если не понимаешь, в чем дело.
Сирил на мгновение потеряла дар речи.
— Ладно же, — наконец произнесла она. — Пусть эти крестьяне и дальше вас дурачат, а я пойду поговорю с Лари. С примитивными женщинами гораздо легче общаться, чем с мужчинами. Может быть, мне удастся что-нибудь у нее выведать.
Она вышла из корабля и направилась в деревню, аккуратно обойдя пятно обожженной земли на месте приземления «Сепелоры». Дерек и Кайел возобновили ремонтные работы над поврежденным аннигилятором пространства.
По всем признакам, дело было почти безнадежное. Кайел принялся проверять все с самого начала. Он выглядел таким сосредоточенным и уверенным в себе, каким бывал только на своем рабочем месте.
— Все плохо, — признал он наконец. — Впрочем, лететь мы сможем, но не быстрее пятнадцати световых лет в час. С такой скоростью мы, может быть, сумеем добраться до одной из пограничных планет.
Дерек пожал плечами: если существует хоть малейший шанс выбраться отсюда, то его нельзя упустить. Они мучились с аннигилятором еще долгие часы, но это хотя бы помогало отвлечься от мыслей о полудиких крестьянах, которые передвигают корабли с помощью силы, неизвестной в цивилизованном мире.
Ближе к вечеру Ферад пришел звать их обедать. Уже темнело, начинал накрапывать дождь. Откуда этот дождь, подумал Дерек, если на небе пятнадцать минут назад не было ни облачка? Да и теперь небо было ясное, но чем ближе они подходили к деревне, тем сильнее лил дождь.
Дерек заметил, что бочки на крышах домов полны до краев, и ничуть не удивился тому, что дождь особенно силен именно над крышами.
О дожде вели разговор и Сирил с Лари. Лари носилась из комнаты в кухню с тарелками, но это не мешало ей болтать.
— Разумеется, бог посылает нам дождь ночью. Не всякому же понравится, если ливень застанет его в поле. Впрочем, днем иногда бывают слабые природные дождики. Без воды нам здесь не прожить. Когда деревня только появилась, нам приходилось приносить всю воду из других мест. А теперь у нас даже есть два маленьких моря. Бог рассказывал нам, что раньше на Вани-ре было восемь больших океанов. Они исчезли, когда взорвалось солнце. Я спрашивала Скору, как такое может быть, а он сказал, что некоторые планеты целиком покрыты водой, без единого сухого местечка…
На лице Сирил было написано, что она не разузнала ничего — или, по крайней мере, ничего из того, что хотела бы узнать.
Лари принесла из кухни огромный металлический котел с тушеными овощами и поставила его на стол. Она несла котел, как будто он ничего не весил. Дерек заметил у нее в руке амулет: маленький, покрытый несколькими завитушками.
— Что это, Лари? — спросил он, показывая на амулет.
— Это для поднятия тяжестей. Бог показал нам, как делать разные амулеты. Один разбивает скалы, другой пашет землю — да вы и сами видели, разве не так? Их лепит из глины Скора. Через эти амулеты к нам приходит сила бога. Ну ладно, давайте обедать!
Дерек повертел в руках амулет. Это был обыкновенный перекрученный кусок обожженной глины с грубым узором из волнистых линий. Держа в одной руке амулет, он попробовал другой приподнять котел, но легче не стало. Как ни старался, он не нашел на поверхности амулета ничего похожего на выключатель. У капитана зародилась мысль: а что, если штуковина просто принимает сигналы откуда-то извне? Тогда в ней должен быть встроенный приемник.
Когда Лари отвернулась, Дерек сунул амулет в карман. Возможно, его ждала кара за эту кражу, но он готов был рискнуть. Лари вскоре обнаружила пропажу, беспечно махнула рукой и взяла из кухонного ящика второй амулет.
На следующий день капитан и физик снова ушли на корабль, и Кайел принялся «разбирать» амулет. Кусок глины становился меньше и меньше. В конце концов, Кайел просто раскрошил его клещами. На полу осталась кучка рыжеватой пыли, но ни грамма металла там не было. Дерек и Кайел уныло посмотрели на то, что осталось от амулета, и пошли заниматься аннигилятором пространства.
Они упорно работали еще три дня. Ферад наотрез отказался помогать им. Он заявил что, вступив в брак с Лари, он стал гражданином Ванира, и больше не обязан работать под началом Дерека. Капитан не собирался спорить с ним в столь неопределенных обстоятельствах. Может быть, Ферад действительно стал гражданином Ванира, и любые санкции против него вызвали бы возмущение среди жителей деревни.
Починка продвигалась ужасно медленно, но все же они добились больших успехов, чем Сирил. Ей все-таки пришлось признать, что она ничего не выяснила у Лари и других жителей. На все было одно объяснение — божья помощь.
— Это самая суеверная раса, с какой я только сталкивалась, — с отвращением сообщила она.
Дерек держал свои соображения при себе. За каждым мистическим действием жителей проглядывал здравый смысл. Неважно, как они называли силу, которая помогает им — бог, магия или как-нибудь еще. Важно было только одно: эта сила действительно существовала. В этом отношении жители деревни ничем не отличались от обитателей цивилизованных, миров, которые пользовались многочисленными сложными инструментами и приборами, понятия не имея, как и почему они работают.
Если бы существовал такой мир, где единственными кошками были леопарды, а все черные леопарды были бы людоедами, то встреча с черной кошкой действительно приносила бы неудачу. В этом случае, суеверием было бы несогласие с этой приметой и вера в то, что исчезновение людей после встречи с черной кошкой никак не связано с законами логики.
Твердая вера Сирил в гипноз и невежество дикарей, похоже, была настоящим суеверием. Вера туземцев в бога и талисманы — реальностью.
Дерек вышел на улицу, где опять шел дождь, и направился искать дом Скоры. На улице было довольно мало народу. Дерек заметил Уолма, брата Лари. Он указал капитану на высокий, сильно обветшавший каменный дом.
Дерек вспомнил, что уже проходил мимо этого дома днем и видел там толпу детей, от шести до девяти лет, сидевших на низких скамейках напротив крыльца. Тогда ему сказали, что это школа, где Скора учит детей общаться с богом и получать от него знания.
Скора появился из пристройки с высокой печной трубой на крыше и предложил Дереку войти. Все стены пристройки были увешаны амулетами разнообразных форм и размеров, а на длинном столе лежали инструменты для работы с глиной. Судя по всему, это была мастерская для изготовления амулетов.
Дерек произнес слова древних приветствий и получил в подарок бутылку отличного пива.
— Я как раз собираюсь заняться обжигом, — сказал Скора. — Жителям постоянно нужны новые амулеты, а я один не справляюсь. Мой прежний помощник недавно женился и переселился в другую деревню. Почему бы тебе и Кайелу не занять его место? Это легче, чем пахать землю, и к тому же я понял, что ваш друг разбирается в науках. Может быть, он покажет нам новые способы изготовления амулетов?
— Вообще-то он по специальности не совсем гончар, но мы об этом подумаем, — заверил его Дерек.
Сегодня, после долгих попыток прояснить ситуацию самостоятельно, он наконец решил пренебречь ухищрениями и предостережениями Сирил и задал вопрос прямо.
— Скора, я пришел, чтобы расспросить тебя о вашем боге.
Скора отложил в сторону слепки и присел на край стола.
— Ты хочешь знать чересчур много, — ответил он, но в его голосе не было угрозы. — Наши дети узнают все о боге за семь лет, притом, что за последние двести лет мы обрели способность учиться быстрее. А о некоторых вещах я не смогу тебе рассказать вообще, для твоей же пользы. Хм, с чего же начать? Бог — это человек, очень мудрый и очень глупый одновременно. Он спас наш народ, когда в Великой Войне взорвалось солнце, и помог нам выжить. Он и сейчас учит молодежь.
Дерек присвистнул. Со времен Войны прошло тысяча триста лет.
— Да, Скора, похоже, что ваш бог — интересная личность. Ни один человек еще не нашел секрета бессмертия. Или ты хочешь сказать, что тот бог умер, а его место каждый раз занимает новый?
— Причем тут новый? Бог только один. И он не бессмертен. Я понимаю тебя, Дерек: мне самому было интересно, когда я только начинал учиться. Я даже хотел пойти и посмотреть на него. Но я всегда был слишком занят.
Дерек вглядывался в лицо Скоры и не мог понять, лжет он или говорит иносказаниями.
— Предположим, я захочу пойти и посмотреть на вашего бога. Смогу я поговорить с ним?
Жрец расхохотался и поставил на стол еще две бутылки пива.
— Тебе не повезло, Дерек, — ответил он. — Бог умер около ста лет назад.
— А когда ты говоришь, что бог помогает вам, это значит, что вы следуете его советам и учите детей тому, чему он учил вас при жизни? Я прав?
— Не совсем, — равнодушно ответил жрец. — Можно сказать, ты прав отчасти. Большинство наших обрядов на самом деле не нужны, амулеты отлично действуют без них, но мы обнаружили это не так уж давно. Я подозреваю, что от нынешних ритуалов, хоть их и немного, тоже можно отказаться. Но все же без помощи бога нам не обойтись, если возникают новые проблемы. Скажем, если бы мы не спросили его на днях, где растут тропические фрукты, нам бы опять пришлось завтракать кашей. Кроме того, он самолично учит наших детей.
— Но он же мертв?
— Не совсем. Иногда мне кажется, что из-за этого нас ожидают серьезные неприятности. Но что такое неприятности по сравнению с очевидной пользой? Когда я первый раз вызывал дождь, это потребовало полного сосредоточения всех моих сил. А теперь я сижу тут с тобой, пью пиво и управляю дождем с помощью моего амулета.
Скора вытащил руку из кармана и показал Дереку кварцевый амулет.
— Когда я был моложе, мне порой бывало тяжеловато, и не только из-за невозможности сосредоточиться. Один раз я забыл, что нам нужна только пресная вода, и чуть не погубил урожай, затопив поля морской водой. На планете, откуда мы вызываем дожди, слишком много солей меди, а это не особенно полезно для пшеницы и картофеля.
Дерек отхлебнул пива из бутылки, и вдруг ужасная мысль пришла ему на ум. Он подавился, закашлялся, пивные брызги полетели во все стороны.
Поразившая его мысль была абсолютно логичной.
Дождь каким-то образом управляется: он же неспроста сильнее над полями и крышами. Лари рассказывала, что после солнечного взрыва планета превратилась в пустыню. Вода не возникает из ниоткуда — значит, ее доставляют с других планет.
Дерек отставил в сторону бутылку. Части головоломки начинали складываться в единую картину, хотя, что она собой представляет, все еще не было понятно.
Они доставляют воду с других планет, и она не замерзает, не испаряется, даже не остывает по дороге. Напрашивался единственный ответ: мгновенная телепортация!
— Это был ты! — хрипло произнес Дерек. — Ты и твои люди! Это вы перебросили мой «Вараок» к Сириусу! И по вашей вине исчезла часть «Сепелоры»!
Скора молча кивнул.
— Это произошло случайно. Когда я обнаружил ваши корабли, они были окружены полем, которое мне раньше ни разу не встречалось, а у меня было очень мало времени. Я начал с вашего корабля, и произошла ошибка. Но не волнуйся: я никому не причинил вреда. Я перенес экипаж корабля на обитаемую планету, а позднее переправил туда же и остальные корабли, в том числе военные. Я страшно утомился и поэтому не заметил вашего корабля, который чуть не свалился прямо на деревню. Разумеется, если бы у меня был подходящий амулет, я бы перенес ваш корабль вместе с остальными и не допустил бы вашего появления здесь. После того, как вы нас увидели, переносить вас на другую планету было уже поздно. Прости меня, Дерек, но мы не могли поступить иначе.
Бутылка упала на пол и разбилась вдребезги. Дерек молча смотрел на жреца. Он должен был догадаться! Это еще одна насмешка злого рока: благополучно избегнуть встречи с вражескими кораблями и попасть в такую ловушку! Дерек невольно задрожал; волны страха пробегали по его телу. Один человек против целого флота! Один-единственный старик!
На следующее утро у капитана обнаружились провалы в памяти. Он почти бредил, ругаясь и умоляя Скору перенести их обратно. Дерек с трудом вспомнил, что старик встревожился и отказал ему, но капитан не помнил причину отказа. В его памяти осталось смутное воспоминание о том, как Скора отложил управляющий дождем амулет и взял другой. Потом он крепко сжал руки Дерека и сказал:
— Ты болен. Похоже, я опять ошибся. Я должен был понять, что ты еще не готов узнать правду. Что же, я надеюсь, что твой психолог хоть на что-нибудь годен и сумеет вылечить тебя.
Внезапно Дерек осознал, что он лежит в своей собственной постели, а его одежда повешена на спинку стула. Вскоре вошла Сирил со шприцем в руках.
Дерек оставил тщетные попытки вспомнить, что именно вчера произошло. Он чувствовал, что слишком близок к безумию, и что сейчас безопаснее не думать вообще.
Долгие годы борьбы с жестокой судьбой закалили его, но всему есть предел. Может быть, проще позволить свести себя с ума? Зачем сопротивляться?..
Открылась дверь и в комнату вошла Сирил с новой дозой лекарства. Дерек ощутил слабый укол, сердце его часто забилось, а на всем теле выступил холодный пот.
Но почти сразу он почувствовал себя значительно лучше: лекарство начало действовать.
— Накиньте на себя одеяло! — услышал он смущенный голос Сирил. Неужели вы совсем лишены стыда?
— У меня нет сил. Накиньте сами, — с трудом проговорил Дерек. Он и впрямь был совершенно обессилен. — Вы что, ни разу не видели голого мужчину?
— В нашем медицинском курсе ничего такого не было, — неприязненно произнесла Сирил. — И если вы думаете, что я ненормальная…
Она с явной неохотой накрыла его одеялом, стараясь не касаться тела. Услышав смех Дерека, она только поморщилась и промолчала.
Перепалка с Сирил взбодрила капитана лучше всякого лекарства, и он смог обратиться мыслями ко вчерашнему разговору. В самом факте телепортации кораблей на миллиарды миль не было ничего страшного; в принципе, у Дерека были подобные предположения уже давно, еще когда он командовал «Вараоком». Если бы Скора продемонстрировал ему огромный и сложный механизм для телепортации, Дерек не был бы так поражен.
Его потряс именно тот факт, что флот перенесен одним человеком с помощью жалкой глиняной таблички. Дерека послали с миссией: найти секрет вражеского оружия. Что же, он нашел его, только совсем не там, где ожидал.
— Я в порядке, — сказал Дерек. — Теперь я хочу с вами серьезно поговорить. Приведи сюда Кайела.
Капитан поднялся с кровати и начал одеваться, с усмешкой взглянув на Сирил, которая покраснела и мигом выскочила из спальни.
Когда Сирил привела физика, Дерек был уже одет.
Ферада, который заявил, что принимает гражданство Ванира, на совет не позвали. Но оставшиеся двое должны были знать. Дерек подробно пересказал им вчерашний разговор в мастерской у Скоры.
— Полный вздор! — произнесла Сирил, но в ее голосе не было уверенности. Она действительно не могла вспомнить, как капитан возвратился в свою спальню. — Это все местные болезни. Горячка, бред…
Может быть, до Войны психологию и можно было назвать наукой, подумал Дерек, но в последние столетия она выродилась в чисто механический набор действий по облегчению острых психических расстройств. Если Сирил была типичным представителем своей профессии, то неудивительно, что в мире оставалось множество душевнобольных.
Кайел вытряхнул свою трубку, неуверенно взглянул на Сирил и кивнул, как будто соглашаясь с ней. Однако потом он спокойно и вполне по-деловому обратился к Дереку:
— Ну что ж, ваше объяснение меня устраивает. Разумеется, бог и всякая магия — это полнейшая чепуха. Но за этими шаманскими штучками, возможно, скрывается мощный источник энергии и человек, который им управляет. Может быть, это обучающая машина с базой данных времен Довоенной эпохи, которая и помогла им пережить взрыв. Современная наука занимается вопросом существования в космосе статичных энергетических полей, которые могут способствовать антигравитации и телепортации. Дерек, когда мы вернемся назад в Федерацию, мы первым делом должны сообщить о том, что здесь видели.
— Но это же примитивное общество! — воскликнула Сирил.
— Ну и что? — возразил Дерек. — Имея подобный источник энергии, они могут себе позволить жить натуральным хозяйством. Зачем им развивать промышленность, переселяться в города?
Кайел прохаживался взад-вперед и задумчиво покуривал трубку. В обыденной жизни никто бы не назвал его сильным духом человеком, но как всякий хороший физик, он умел нестандартно мыслить и быстро принимать решения.
— Силой мы с ними ничего не сделаем. Когда один человек может справиться с военной флотилией, это очевидно. Но мы достаточно похожи на жителей этой планеты, чтобы раствориться в их среде, тем более, если мы знаем, чего от них можно ожидать. Мы могли бы высаживать маленькие десанты в пустынной местности. Рано или поздно они разыщут эту машину, или бога, как его там… Как вы думаете, капитан, позволят ли они нам и дальше ремонтировать корабль?
Дерека тревожил тот же самый вопрос. Он с сомнением пожал плечами.
— Я же говорила вам не нарушать их табу! — напомнила Сирил. — Это замкнутая, изолированная культура со своими странностями. Я думаю, нам надо пожить здесь подольше и попытаться найти их слабое место. Кайел, они считают, что вы самый умный из нас троих. Давайте вы…
Дерек поднялся. Он узнал достаточно. Сирил, похоже, действительно слышала только себя и считала свое мнение единственно правильным, а себя непогрешимой.
Он повернулся к двери и сказал:
— Идем, Кайел?
После секундного колебания Кайел улыбнулся Сирил с извиняющимся видом и вышел вслед за капитаном.
За завтраком Сирил сидела с видом оскорбленного достоинства. Дерек и Ферад пытались поддерживать вялую беседу. К счастью, в гости пришел Уолм, брат Лари, и принялся уговаривать Ферада принять участие в каком-то походе. Никто не попытался остановить Дерека и Кайела, когда после завтрака они направились к кораблю.
На соседнем поле с сосредоточенным видом что-то высаживал Микла. Рядом лежали аккуратно упакованные мешки с нитратами и другими удобрениями (вполне возможно, перенесенными с той же планеты, что и вода).
Микла поприветствовал идущих, Дерек в ответ помахал ему рукой. Пока все шло нормально. Они миновали поле Миклы, и Дерек вздохнул с облегчением.
…На том месте, где находился корабль, осталась только вмятина в земле. Неподалеку стоял седобородый жрец и смотрел на них внимательно и серьезно.
Дерек медленно подошел к нему, стараясь не показывать закипавший в нем гнев и страх.
— Где наш корабль, Скора? — спросил он.
— Он в безопасности. Вон там, — старик указал наверх, — на орбите Ванира.
— Мы что, пленники?
Скора смущенно вздохнул.
— Не совсем. Я виноват перед тобой за ту ошибку — ну, когда я забросил твой корабль к Сириусу, — и нам очень неловко, что приходится удерживать вас здесь. Но у нас нет другого выхода. Здесь, на Ванире, вы свободны и можете идти, куда захотите. А когда вам разрешат покинуть планету, корабль будет готов к полету.
— Я подозреваю, что вы могли починить его в любую минуту и хладнокровно смотрели, как мы с ним мучаемся? — угрюмо спросил Дерек.
— Именно так. Мы починили его прошлой ночью и сразу отправили наверх. Аннигилятор пространства мы не трогали — это превыше нашего понимания. Но бог рассказал нам о другом устройстве, которое ничем не хуже. Оно применялось в космических кораблях в Довоенную эпоху. Я говорю об аннигиляторе времени.
— Аннигилятор времени!.. — у Кайела отнялся язык.
Дерек и не подозревал, что его физик знает классический английский. Кайел никогда не говорил на нем, стесняясь акцента, но мог свободно читать и в достаточной степени понимал речь.
— Ну да, теперь на вашем корабле аннигилятор времени, — подтвердил Скора. — Он более прост по своему устройству, но гораздо сложнее в теории, чем аннигилятор пространства. Он был изобретен нашими общими предками в Довоенную эпоху почти случайно, и открытие это было не к добру. К счастью, бог знает, как работает это устройство. Так что, когда мы решим, что вас можно отпустить, вы спокойно улетите домой.
Скора закончил говорить и пошел в деревню. Дерек и Кайел последовали за ним. Физик незаметно схватил Дерека за руку и прошептал ему на ухо:
— О корабле теперь можно забыть. Наша главная цель — бог и его непонятная мощь. Капитан, я должен узнать, как изготавливают амулеты.
— Но мы уже знаем, что амулет — это обыкновенный кусок обожженной глины, — возразил Дерек. — Мы ведь один украли и разобрали.
— Это недоступно для человеческого глаза, — ответил Кайел, — Многие детекторы работают благодаря их кристаллической структуре. Я должен стать помощником жреца!
Скора заметил, что его спутники отстают, и замедлил шаг. Дерек догнал его и попытался изобразить улыбку на лице:
— Думаю, что теперь нам понадобится собственный дом. Мы не хотим больше быть в тягость Лари. А поскольку мы не можем пользоваться силой вашего бога, из нас выйдут неважные фермеры. Помнишь, ты предлагал нам работу в своей мастерской? Вакансии еще остались?
— Остались ли? — усмехнулся жрец. — Ты думаешь, что я решил лепить все амулеты сам? Деревне в любом случае пришлось бы кормить вас, так что милости просим!
Дерек, впрочем, не надеялся, что эта работа принесет им какие-нибудь великие открытия. Одно из двух: или в самих амулетах не было никакого секрета, или секрет был настолько хорошо спрятан, что даже Кайел не смог бы обнаружить его.
Работа в мастерской подтвердила его сомнения. Ее сумел бы выполнять даже ребенок. Обучение заняло не больше пяти минут. Скора телепортировал в мастерскую большой ком вязкой глины. Задача Кайела и Дерека заключалась в том, чтобы наполнять глиной железные формы, разравнивать поверхность и оставлять заготовки сохнуть на солнце, а затем обжигать в печи. После этого Скора проверял работу и выбрасывал дефектные амулеты.
Скора без малейших колебаний отвечал на многочисленные вопросы Дерека. Материал не имел значения, важна была только форма амулета. У деревенских жителей встречались амулеты из более прочных материалов, например, каменные, но их было очень мало: они были слишком тяжелые и неудобные в работе.
— А пластмасса не подойдет? — спросил Кайел. — На корабле ее несколько тысяч тонн. Это поможет вам сэкономить время.
Скора согласился с этим предложением. Ун расспросил Кайела, на что похожа пластмасса, и вскоре перенес порядочный запас в мастерскую. Они наделали маленьких отверстий в формах, чтобы лить туда пластмассу, н работа закипела.
Вечером, когда они возвращались в дом Лари, Кайел разочарованно покачал головой.
— Ничего нет, капитан. Абсолютно ничего нет в этих амулетах. Значит, вся тайна в их боге.
Этот бог не был бессмертным, хотя прожил более тысячи лет; он до сих пор учил детей, хотя умер около сотни лет назад; его сила мгновенно перебрасывал космические корабли за миллиарды миль!
После двух дней работы Дерек сделал перерыв, Он уселся с бутылкой пива на крыльце мастерской и сказал жрецу:
— Скора, я все время думаю о вашем боге. Давно он существует?
— Он появился незадолго до взрыва солнца.
Скора взял бутылку пива и, не распечатывая, поднес ко рту. Пиво полилось оттуда, словно пробки не существовало.
— Ему было около шестидесяти лет. Да, он появился лет за пять до взрыва. Если хочешь, я могу узнать точно.
Дерек с трудом оторвал взгляд от диковинного пива, протекающего через пробку, отпил глоток из своей бутылки и попытался зайти с другой стороны:
— Я пока не слышал ни одной истории о том, как был создан ваш мир. Неужели нет ни легенд, ни преданий?
— Конечно, нет. Человеческий род появился на Терре, а наша планета образовалась обычным образом, — старик хихикнул. — Наш бог не имеет никакого отношения к религии, хотя я боюсь, что рано или поздно возникнут и культ, и обряды… У бога бывали странные идеи, которые были не поняты и искажены людьми. Многие из нас верят в высшее существо и потусторонний мир, но раньше мы соотносили эти понятия с нашим богом. Он — не более чем человек. Кайел, например, знает больше, чем наш бог, хотя его знания из другой сферы.
— Бог учил вас поклоняться ему? — спросил Дерек.
— Совсем нет, — печально ответил Скора. — По-моему, он считал, что после взрыва мало кто выживет. Он ничего не знал о том, что будет дальше. А когда он сам выжил после взрыва, он решил, что мы погибли, весь мир рухнул, и он остался один. После этого его охватило безумие. Он начал пробивать себе выход, и ему на голову упал камень. Естественно, его мозг был уничтожен, и бог умер. Вот так все и произошло. Он не смог покинуть свое убежище, и он… да, он боялся того мира, который мы здесь создали.
Все это звучало совершенной бессмыслицей. Их бог не смог покинуть свое убежище? Он разбил голову камнем и умер? А как же дожди, выпадающие по ночам над крышами домов? При этом амулеты, оказывается, имели чисто символическое значение. Где же находился источник энергии?
— Так бог был уничтожен? Но ты же сказал, что он жив.
— Да, он еще жив и учит нашу молодежь. Из-за вашего появления на Ванире богу пришлось рассказать нам об аннигиляторе времени и научить, как его построить.
Скора взял вторую бутылку пива, на этот раз не забыв ее открыть.
— Дерек, я не знаю. Ситуация на самом деле очень непростая. Он жив, но в то же время мертв, и постепенно разлагается. Его безумие нарастает. Это происходит медленно, но перемены все заметнее. Пока что бог не имеет своего культа, ему не поклоняются, но что будет потом? Кто знает, чему он может научить наших детей? Многие из нас обеспокоены этим. Иногда я думаю о том, чтобы пойти в пещеру, найти бога и уничтожить его.
— Ну так в чем же дело? — мягко спросил Дерек.
— Я много думал над этим. Как главный жрец на Ванире, я мог бы попытаться. Но это очень тяжело: мы привыкли к богу и сильно привязаны к нему. Мы зависим от него! И, кроме того, я боюсь. Я не знаю, что из этого выйдет.
Дерек нахмурился.
— Предположим, я мог бы пойти и уничтожить вашего бога?
Старый жрец посмотрел на Дерека долгим изучающим взглядом.
— Ты? Да, пожалуй: ты бы смог! Разумеется, у тебя это может получиться. Давай выпьем еще по бутылочке, Дерек, и пойдем по домам. А завтра на заре приходи сюда. Мы можем попытаться!
Когда Скора потянулся за бутылками, его руки слегка дрожали.
— Очередная чушь, — твердо ответила Сирил, когда на следующее утро Дерек пересказал ей и Кайелу разговор со Скорой. — Скора просто напился или испытывал тебя. Может быть, он зачем-то пытался доказать тебе, что он не суеверен. Дерек, если вы нарушите еще какое-нибудь табу…
— Это не примитивная культура! Черт возьми, Сирил, я устал от твоего бессмысленного упрямства! Выйди на улицу и посмотри на дождь над крышами, пока он еще идет.
Сирил застыла на месте от злости, но усилием воли успокоилась.
— Изолированная культура, — процитировала она, — почти всегда имеет заметные отклонения в своем развитии. Их причиной может считаться или появление гениальной личности, или случайное значительное открытие. Однако это обстоятельство не влияет на фундаментальные установки группы и культурный гештальт, но, напротив, успешно ассимилируется общим культурным контекстом. Это означает, Дерек, что туземцы действительно могли найти машину, чудом сохранившуюся с Довоенных времен. Эта машина творит им чудеса, которые они считают формой магии. Если вы сумеете преодолеть свою манию преследования и выслушаете меня…
Дерек скорчил гримасу и усмехнулся.
— Сирил, я понял, что вы дама строгих правил, но это уж слишком. На что это вы намекаете, говоря о преследовании?
Сирил замерла на полуслове, бросила на Дерека яростный взгляд и выбежала из комнаты. Кайел вздохнул, покачал головой и проводил ее сочувствующим взглядом.
— Зачем же вы так с ней, Дерек, — укоризненно произнес он, доставая трубку. — Интересно, что мы обнаружим? И чего добивается Скора?
Дерек предпочел оставить свои сомнения при себе. На следующее утро старик уже ждал их во дворе мастерской.
Его сопровождал Уолм, который нес связку амулетов и два электрических фонаря с «Сепелоры». Жрец выглядел так, как будто провел бессонную ночь. У него был нервный, но решительный вид. На дверях школы висел замок.
— Доброго вам утра. Нам предстоит долгий путь, — произнес Скора. Там, на другой стороне Ванира, есть пещера, которую выкопали наши предки. В ожидании взрыва бог даровал некоторым из нас свою силу, и мы смогли вырыть две глубокие пещеры: одну для него, вторую для нас. У него была машина… Мы почти умирали от голода, жажды и недостатка воздуха. Но потом те, кто получил от бога силу, смогли доставлять нам пищу и свежий воздух из другого мира.
Жрец вздохнул и окинул взглядом зеленеющие поля и пастбища.
— Когда мы вышли из пещеры, то увидели, что мир превратился в пепел. Бог научил нас, как возродить его. Сначала мы впали в уныние и хотели перебраться на другую планету. Здесь не было даже воздуха. Но мы решили остаться здесь, поблизости от нашего бога. Ладно, в путь!
Пейзаж резко переменился. Они стояли у подножия высокой горы. В обе стороны простирался скалистый горный массив. Вокруг было пусто и безлюдно; их окружали камень, песок и черная зола. Поблизости росло несколько чахлых кустов. На западе догорал закат. Перед путешественниками на полмили возвышался утес. Внизу темнели два входа в пещеры, вырубленные в скале.
Жрец двинулся к одному из отверстий. За ним последовал Уолм, держа в руках что-то вроде огромного зонтика с голыми спицами. Уолм выступил вперед, направил зонтик на вход в пещеру и начал медленно вращать его вокруг своей оси, положив одну руку на рукоятку из разукрашенной глины. Казалось, скала перед ним таяла и расступалась в стороны. Постепенно перед глазами путешественников предстал расчищенный древний вход в пещеру.
— Сначала бог наделил силой Москеша, единственного из нас, кто мог управлять ею, — раздался голос Скоры. — Бог прибыл сюда с Терры, чтобы изучать наш народ. С ним были и другие ученые. Когда враги начали взрывать солнца, мы тайно построили ему эту пещеру, и он перенес сюда множество запасов и приборов. Потом он помог нам построить еще одну пещеру. Нам повезло: взрыв был относительно слабый, и мы выжили.
Скора был взволнован, но старался держаться уверенно. Они вошли в пещеру и двинулись вперед и вниз. Ход в начале был завален обломками скал, но чем дальше, тем более удобным он становился. Необходимо было забраться на огромную глубину, чтобы пережить солнечный взрыв.
Другие обитатели планеты тоже пробовали копать пещеры, но никто не помогал им, и они потерпели неудачу.
Путешественники продвигались вглубь. Воздух стал тяжелым и спертым. Скора тронул один из амулетов, и атмосфера вокруг быстро очистилась. Дерек задумался, почему старик не перенес их прямо в пещеру, где лежал бог, но решил подождать с вопросом. Может быть, Скора просто старался протянуть время. Все устали, Кайел начал спотыкаться, но они продолжали идти все вниз и вниз.
Наконец спуск прекратился. Перед глазами путников предстала обширная пещера. Возле одной стены тихо жужжал радиевый мотор колоссальных размеров. В центре пещеры находился большой стеклянный саркофаг.
Его стенки покрывала толстая корка льда, образовавшаяся в результате многолетней утечки воздуха изнутри.
Рядом стояли цистерны с кислородом и ящики с запасами давно сгнившей пищи. Уолм поскреб заиндевевшее стекло и жестом пригласил Кайела и Дерека заглянуть внутрь.
На полу саркофага скорчился толстый обнаженный человек. Его лицо было закрыто рукой, голова откинута под немыслимым углом, кожа бледна как воск. В другой руке он сжимал старинное лучевое ружье. Рядом с ним валялась толстая тетрадь. На голове старика виднелась рана, возле нее лежал камень. Другой камень застрял в потолке саркофага. Вокруг него намерз толстый слой льда, закупоривший пробоину. Саркофаг был явно поврежден изнутри, что доказывало безумие старика. Если бы не случайность, система охлаждения должна была неминуемо выйти из строя.
— Анабиоз! — воскликнул Кайел. — Довоенные записи упоминали о нем, но все детали процесса остались тайной: метод замораживания, химические изменения в крови, частота облучения… Скора, он был биологом или биофизиком?
— Ни то ни другое, — ответил жрец. — Бог украл все приборы из лаборатории другого человека, который хотел использовать их для себя. Он даже толком не умел обращаться с этим приборами. Он хотел войти в анабиоз на пятьдесят лет, но система отключилась только через тысячу двести лет. Мы оставили его в саркофаге, потому что он нам нужен целым и невредимым.
Уолм, дрожа, пододвинулся ближе к саркофагу. Его побелевшее лицо прижалось к стеклу. Скора стоял рядом с юношей, и на его лице выражалась нерешительность.
— Что мы будем делать? — мягко спросил Дерек.
— Я не знаю, — вздохнул Скора. — Саркофаг поврежден, и тело бога постепенно разлагается, несмотря на холод. И с обучением молодежи уже давно неладно: но если бог исчезнет, Ванир может утратить свою силу. Если бы я мог быть твердо уверен, что…
Он замолчал, покачивая головой. Дерек тем временем изучал саркофаг и его систему управления. Первым делом он осмотрелся в поисках источника энергии, благодаря которому на поверхности происходили чудеса. Кайел встретился с ним взглядом и покачал головой. Никакого источника энергии не было: был только толстый мертвый бог, сошедший с ума от дряхлости и страха.
— Нет! — внезапно крикнул Уолм. Его плечи вздрагивали; он прижимался лицом к стеклу и царапал ногтями лед. — Нет! Скора, ты не допустишь этого! Он — все, что у нас есть! Он святой! Не трогай его! Бог придет снова! Я вижу его мысли! Вы не можете…
Рука Скоры схватила один из амулетов, и Уолм исчез.
На том месте, где он только что был, снежинки тихо осыпались на пол пещеры. Жрец выглядел больным — гораздо хуже, чем всегда.
— Я отправил его домой, — тихо сказал он. — Ты видишь, Дерек, чему теперь учится наша молодежь. Это начало конца, и чем дальше, тем хуже. Древние суеверия сильнее, чем логика, а дети склонны верить в чудеса. Безумный, разрушающийся интеллект — и наши дети впитывают его познания!
Скора тяжело вздохнул.
— И даже я отчасти разделяю эти суеверия. Я не могу уничтожить его! Об этом ужасно даже помыслить. Дерек, тебе решать. Поступай, как хочешь. Я буду ждать пятнадцать минут. Все это время воздух будет чистым. Но я не могу смотреть на это!
Жрец резко развернулся и исчез.
Кайел тяжело дышал от волнения. Он потянулся за трубкой и сказал:
— Но что если его сила исчезнет, когда мы разрушим саркофаг? Что мы будем делать с воздухом? И сможет ли Скора перенести нас наружу?
Дерек молча ударил по стеклу саркофага. После секундного колебания Кайел присоединился к нему. Наконец по стеклу пробежала трещина, и куски саркофага посыпались на землю. Волна мороза прошла по пещере, в воздухе распространилось зловоние. Дерек потянулся к лучевому ружью, но оно было слишком холодным. Тогда он пинком выбросил его из саркофага, оторвал клок одежды и завернул в него ружье.
Кайел отвел в сторону руку бога, разорвал свою рубашку и завернул в нее тетрадь из саркофага, предварительно отделив страницы от заиндевевшей пластиковой обложки.
— У нас еще четырнадцать минут, Дерек, — произнес он. — Нельзя терять ни секунды. Это наш единственный шанс открыть секрет бога.
Капитан отступил назад. Его обуревали противоречивые чувства. Он медлил: шансы на успех были невелики.
Если, уничтожив тело бога, они уничтожили и его силу, то Ванир превратился в обыкновенный примитивный мир, где им, скорее всего, суждено оставаться до самой смерти. Если же сила останется, им все равно необходимо предупредить Федерацию о том, что здесь происходят чудеса, которым так и не нашлось объяснения.
Кайел торопливо листал тетрадь. Она содержала записи на классическом английском языке вперемешку со странными математическими формулами, которые Дерек ни разу в жизни не видел. Судя по озадаченному взгляду Кайела, эти формулы были ему тоже незнакомы.
Физик подобрал обложку и ахнул.
Эван! Бог — это Эван!
На обложке было написано, что этот дневник и заметки принадлежат перу А. Эвана, первооткрывателя метадинамики, единственной истинной науки всех времен и народов; полный и окончательный труд, отдельные мысли из которого были давно известны всей Вселенной. Но мир был не готов принять их.
Книга начиналась с рассказа о том, как Эван и его коллеги искали людей с необыкновенно развитыми способностями, подходящими для его экспериментов. На Ванире, одном из отдаленных миров, ученые нашли таких людей. Они отбирали группы одаренных детей и обучали их. Наконец после многолетних поисков у одного из детей проявилась способность к телепортации. Так подтвердилась теория Эвана. Этот ребенок — его звали Москеш — смог помочь еще нескольким детям преодолеть трудный порог парапсихологических способностей. Путем долгих экспериментов у детей развивали способности к левитации, телепортации, ясновидению и другим вещам. Рассказ заканчивался панегириком в свою честь: я, Эван, добился больших результатов, несмотря на то, что детей с необыкновенными способностями было не так уж много.
Дерек нахмурился и прикрыл глаза. Не хватало какой-то важной детали, без которой картина оставалась неполной. Записи, формулы — это все прекрасно, и в свое время Каейл разберется с ними. Но сами по себе они ничего не значили; деревенские люди о них ничего не знали. Как же они пользовались силой, ничего не зная о законах ее возникновения?
Он нашел ответ в сноске, которую второпях пропустил. Это была телепатия. Эван знал, что ментальная сила напрямую связана со способностью мозга к телепатии, и долго отбирал немногочисленных детей, обладающих некоторыми задатками к чтению мыслей. Двенадцать поколений прошло на Ванире, прежде чем все дети начали рождаться телепатами.
Телепатия! С самой Войны — в то время, как на Ванире формировалась раса телепатов — весь остальной мир отказался от развития этой способности. Психологи заявляли, что телепатия, как и левитация, и ясновидение — это бред и суеверие. Без способности к телепатии формулы Эвана оставались бесполезными. Ванир действительно обладал неисчерпаемым источником энергии.
Дерек понял и тайну амулетов. Первоначально, когда еще Эван учил первых детей на Ванире, это были детские шпаргалки, чтобы запоминать сложные формулы. Теперь амулеты остались как дань традиции, которая была давно забыта, и постепенно приобретали магическое значение. Жители Ванира были уверены, что сила именно в амулетах.
Дерек отдал тетрадь Кайелу, поднял лучевое ружье и нажал на курок. Невидимое пламя вырвалось из дула ружья; тело бога — или Эвана — обуглилось и почти мгновенно исчезло. Четырнадцать минут истекли.
Секунды бежали, и Дерек начал нервничать. Он представил себе Скору: старик судорожно вцепился в амулет, он не уверен в своих силах, и символ его могущества уничтожен! Вдруг он психологически не сможет воспользоваться своей способностью?..
Внезапно они оказались вновь у подножия утеса. Рядом стоял Скора: его лицо было смертельно бледным, руки тряслись, но глаза горели торжеством. Пришел конец тысячелетнему игу бессмысленных обычаев и страху утратить силу.
— Действует! Амулеты по-прежнему работают! — хрипло воскликнул он.
Дерек решил провести последнюю проверку. Он повернулся к жрецу и, не разжимая губ, попробовал передать ему свои мысли. «Скора, амулеты тут ни при чем. Они не более чем детские шпаргалки. Все, что тебе надо — это знание и сила, а они всегда были в твоем мозгу. Надо избавиться от суеверия, и ты станешь свободен!»
Скора устало улыбнулся, бросив взгляд на тетрадь в руках Кайела. Старик задумчиво кивнул.
— Суеверие? Наверно, вы правы, — согласился он. — Или, скорее, условный рефлекс. До девятилетнего возраста детям было проще проникать в пассивный, не оказывающий сопротивления мозг бога, чем пробовать читать мысли вечно занятых взрослых. Со временем это превратилось в единственный способ получения новых знаний. Теперь нам надо будет готовить для детей специальных учителей.
Кайел с изумлением смотрел на них, пытаясь переварить новую ситуацию. «Телепатия!» — невольно воскликнул он. В его голосе не было страха, но только растущее изумление. Дерек заметил, что физик повернулся к Скоре, и жрец как будто слушает его мысленное обращение.
Дерек задумался, почему он сам так спокойно отнесся к тому, что кто угодно может прочитать его мысли. Но какая разница? Он сумел помочь Ваниру, но Федерация никогда не сможет воспользоваться его открытием.
Скора еще раз вздохнул.
— Стремление к безопасности, наши законы и множество других причин, Кайел. Мы скрыли от вас только способность читать мысли, да и то ради вашей собственной пользы. Мы боялись, что вы почувствуете себя неуютно. Мне трудно выразить нашу благодарность. Если мы можем что-нибудь сделать для вас…
— Отправь нас на «Сепелору», — сказал Дерек.
— У Вселенной свои проблемы, а у нас свои, Дерек, — ответил Скора с искренне огорченным видом. — Мы не можем пойти на такой риск. Если мы отпустим вас домой, о нас узнают, и Ванир окажется втянутым в войну. Я бы отпустил вас, но не могу пойти против решения большинства. Никто не будет ограничивать вашу свободу на этой планете, но вы ее не покинете.
Дерек взглянул на небо. Там, на орбите, находился исправный, но недостижимый корабль. Капитан опустил глаза и посмотрел на землю, которая отныне стала их тюрьмой. Ему нравились местные жители, и он иногда чувствовал себя здесь лучше, чем среди людей собственной расы. Но до последнего момента в нем жила надежда вернуться домой.
— Ну хорошо, — ответил он. — Храни свой мир, Скора. Живите здесь тихо и спокойно и ждите, пока человечество снова не уничтожит себя в грядущей войне. Вы будете в безопасности. Возможно, вы научитесь еще нескольким трюкам, прочитав записи Эвана. Вам нравится считать себя единственными, как и большинству окраинных миров? Что ж, дело ваше. Но когда-нибудь потомки моего народа откроют механический способ делать то же самое, что вы сейчас делаете с помощью ментальной энергии. И тогда они пришлют сюда боевые корабли. Вы уберете один — прилетят десять. И тогда вы вспомните, что вам предлагали присоединиться к нам и победить врага, который второй раз сжигает вашу планету. Когда это случится, взывайте к человеческому братству! Вы узнаете, что они думают о планете, которая хранила свои секреты для себя одной! Черт возьми, отправь нас в дом Лари, Скора, и оставь в покое!
Скора по привычке коснулся амулета, отдернул руку, нахмурился и сконцентрировался. Его руки сжались в кулаки.
Они оказались в спальне Дерека.
Дерек лежал на кровати, отвернувшись к стене, пока Кайел тихо рассказывал Сирил о происшедшем в пещере. Хотя Сирил и не собиралась идти туда с ними, она все равно обиделась, что ее не позвали. Но вскоре ее обида сменилась неподдельным интересом. В каком-то смысле, думал капитан, она оказалась права насчет суеверий. Но радостной Сирил не выглядела. Кайел продолжал рассказ, и она становилась все бледнее.
Вдруг она отчаянно вскрикнула и отшвырнула в сторону тетрадь Звана. Дерек вскочил с кровати: это было похоже на истерику.
— Нет, нет! Я не верю, что это телепатия!
— Это телепатия, — заверил ее Дерек. — Я проверял, и Кайел тоже.
Лицо Сирил исказилось, она покачнулась и уткнулась в плечо Дерека, впиваясь ногтями в его спину.
— Забери меня отсюда! Дерек, забери меня отсюда! — бормотала она в беспамятстве. — Я не вынесу, если они копаются в моем мозгу! Им известна каждая моя мысль, каждое желание… Дерек!
Капитан с трудом оторвал от себя ее руки.
— Послушай, Сирил… — начал он.
Сирил отшатнулась от него и бросилась к двери. Но ее перехватил Кайел. Его лицо выражало сострадание, словно он разделял ее боль. Он обнял Сирил, и она разрыдалась у него на груди.
— Я спасу тебя Сирил. Еще не знаю как, но спасу. Я не ПОЗВОЛЮ им рыться в твоих мыслях.
Кайел хмурился и что-то шептал, пытаясь успокоить ее. Потом его взгляд обратился к капитану.
— У меня есть одна мысль. Сейчас жители деревни узнали, что их бог умер, и они наверняка в расстроенных чувствах. Может быть, это обстоятельство ухудшит их телепатические способности или хотя бы отвлечет внимание от наших мыслей. Сходи за Лари, Дерек — я надеюсь, она не очень подозрительна. И не думай ни о чем, кроме того, что Сирил больна.
Услышав имя Лари, Сирил опять начала всхлипывать.
Кайел усадил ее рядом с собой и ласково погладил по голове.
— Не плачь, бедняжка моя. Никто не собирается сейчас читать твои мысли.
Дерек нашел Лари на кухне и привел ее в спальню.
В карманах ее обширного передника брякали амулеты; она несла с собой кастрюлю, в которой сама собой помешивалась пища. Скромная домохозяйка, обладающая божественной силой, с горечью подумал Дерек.
— Лари, — обратился к женщине Кайел, — Сирил больна. Понимаешь, мы не похожи на людей из вашей деревни. Со времен Войны в мире не осталось людей со здоровой психикой. Мы все в разной степени невротики. Нам нужны лекарства: у вас их нет, но они есть на «Сепелоре». Фераду они тоже нужны! Ты не можешь послать Дерека и Сирил на «Сепелору»? Они знают, где лежат лекарства.
Дерек хотел возразить, но понял, что Кайел жертвует собой из-за Сирил. Он был готов остаться здесь ради ее спасения. Капитан бросил косой взгляд на Лари, стараясь ни о чем не думать.
Лари выглядела озадаченной, но, по всей видимости, ничего не заподозрила. Судя по ее рассеянному и утомленному виду, у нее сегодня тоже был тяжелый день.
— Наверно, я смогу, — задумчиво ответила она, — если представлю, что бог еще жив и возьму амулет, чтобы сконцентрироваться. Помешивай, пожалуйста, пока я готовлюсь.
Кайел автоматически взял у нее из рук кастрюлю. Лари вытащила амулет и положила его на ладонь. Потом она замерла на мгновение и взглянула вверх.
— Не вижу смысла в том, чтобы посылать туда вас обоих, — сказала она и сжала амулет в кулаке.
Дерек очутился в главной кабине возле нового пульта управления «Сепелоры». У капитана вырвался запоздалый протестующий крик, но он не колебался ни секунды и сразу нажал на красную кнопку. Пути назад не было; отныне он ничем не мог помочь тем, кто остался внизу.
Он опять стал капитаном корабля на службе Федерации, и ему предстояло выполнить свой служебный долг.
«Сепелора» ожила. На обзорных экранах не возникли помехи, как прежде перед сверхскоростным прыжком, но все звезды как будто внезапно посыпались куда-то вниз.
Радар распознавал их местоположение и успевал слегка скорректировать курс корабля, чтобы избежать столкновения. Корабль взял стремительный старт и мчался со скоростью более тысячи световых лет в час!
На панели управления Дерек нашел инструкцию и начал вычислять курс на Сириус. Он понятия не имел, каким образом его корабль движется с такой фантастической скоростью: с этим предстояло разбираться экспертам Федерации. По крайней мере, он вернется не с пустыми руками.
Дерек поспешно нажимал на кнопки и затылком чувствовал дыхание страха. Умеет ли Лари обращаться с полем, которое создает вокруг корабля аннигилятор времени? Или она побежала искать Скору, и таким образом Дерек выгадал время? А может быть, корабль удаляется слишком быстро, и никто из телепатов не сможет обнаружить его местоположение? Дерек был уверен только в одном: каждая секунда уносит его все дальше от Ванира, и его шансы на спасение постепенно возрастают.
Он подумал о Сирил и Кайеле. Наверно, Сирил тяжело переживает неудачу, которую потерпел план Кайела.
Впрочем, Сирил должна оценить его благородную попытку, хоть она и не удалась. Сирил была так глубоко потрясена тем, что кто-то может читать ее мысли, что ей наверняка понадобятся поддержка и утешение, а за этим дело не станет, и даже более того…
Дерек отвлекся от мыслей о Сирил и вновь с тревогой уставился на экран. Где-то далеко позади — капитан не мог даже представить, как именно далеко — оставался Ванир. Может быть, они могут забросить предмет дальше, чем переместить его к себе? «Вараок» телепортировали на двести тысяч световых лет. Но припасы и вода доставлялись на Ванир с гораздо более близкого расстояния.
Возможно, Дерек был уже в безопасности.
Проходили часы, корабль продолжал свой путь. Дерек оценил преимущества аннигилятора времени: простоту в управлении, высокую скорость полета. Капитан внимательно изучил устройство аннигилятора и решил, что в случае чего сможет воссоздать его по памяти. Если Федерация получит этот секрет, она сможет выиграть войну.
Страх погони долго не давал Дереку уснуть, но усталость, в конце концов, победила. Прошел день, затем еще и еще. Дерек начал засыпать более спокойно. Он недооценил новую скорость корабля и преодолел уже половину расстояния до Сириуса. Если бы Скора мог остановить его, он бы это уже сделал. Прямо по курсу начали появляться окраинные миры Федерации. Дерек подумал, не высадиться ли на один из них, но потом отказался от этой мысли. Чем дальше ему удастся улететь, тем лучше.
Дерек взял курс прямо на планету, где находилась штаб-квартира военного флота Федерации.
Однажды утром Дерека разбудила страшная головная боль: казалось, его череп раскалывался на части. Тревога вновь вернулась к капитану. Причин для волнения не было, но Дерек вспомнил о злом роке, который преследовал его всю жизнь. Он проглотил таблетку обезболивающего, и боль временно отступила, однако вскоре вернулась с удвоенной силой.
Капитан поднялся с постели и побрел в рубку. С каждым мгновением в нем усиливалось ощущение, что все пропало, и его попытки спастись оказались напрасными.
Что же такое творится, думал он, неужели я опять впадаю в депрессию перед самым возвращением? Дерек вошел в кабину и застыл на месте.
За пультом управления сидел Скора и задумчиво наблюдал за падающими звездами на обзорном экране. Его облик поразительно изменился: вместо коричневых холстяных штанов и пончо на плечах на старике был мундир офицера Федерации. Длинная борода была коротко подстрижена. На отвороте кителя Дерек заметил двойной круг командующего галактическим сектором и машинально отдал честь.
Скора приветствовал капитана, добродушно усмехнувшись в ответ на его невольный жест. Затем он снова принял серьезный вид.
— Как ты можешь заметить, Дерек, твои слова произвели на меня впечатление! Мы решили, что Ванир не останется на обочине, надеясь, что Вселенная не вспомнит о нем. Мы не забыли о том, что жители нашей планеты человеческая раса, и что все люди братья. Этот довод особенно много значит для телепатов, поскольку они существенно отличаются от прочих людей и в то же время не хотят стать отверженными. Мы долго не могли прийти к единому решению. Однако, после того как я телепортировался на Сириус и поговорил с вашим командованием, стало поздно отступать. Теперь жители Ванира граждане вселенной, а не добровольные узники своего мирка, прикованные к разрушающейся памяти мертвого бога. Нас два миллиона, и мы готовы надеть вашу форму — этого достаточно, чтобы быстро выиграть войну без крови. Прежняя Война больше никогда не повторится.
— Судя по всему, моему начальству стоит только взглянуть на ваши фокусы, и все жители Ванира будут сразу произведены в офицеры, — горько произнес Дерек.
Он вспомнил, сколько лет и напрасных усилий он затратил, чтобы добиться поста командующего сектором, который он так и не получил. Голова разболелась с удвоенной силой. Дерек схватился за лоб, но Скора не обратил внимания на его движение.
— Стать офицером было совсем не сложно. Они потеряли дар речи, когда узнали о новом оружии и о наших сверхспособностях. У ваших командиров есть свои суеверия. Кроме того, я читал их мысли, и это помогло мне убедить их. А теперь, когда я освободился, я пришел, чтобы забрать тебя назад. Я немного запоздал и дал тебе несколько дней форы, но они прошли для меня не зря.
Боль достигла своего апогея и начала утихать. Скора устремил на капитана пристальный взгляд. Чтобы отвлечься от боли, Дерек продолжал задавать вопросы:
— Как там Сирил? Наверно, Кайел уже расшифровал для вас формулы Эвана?
— Сирил… — Скора пожал плечами. — Она, понятно, пообещала выйти замуж за Кайела, и он теперь совершенно новый человек. Мы надеемся, что она поправится. Кайел сделал ей металлическую цепь и сказал, что эта цепь защитит ее от чтения мыслей. Разумеется, цепь не поможет, но Сирил нужен какой-нибудь амулет, чтобы успокоиться. Мы хотим, чтобы она перестала ненавидеть жителей Ванира.
Дерек отвернулся и принялся разглядывать звезды на обзорном экране. Он осознал главное: его задание было выполнено, но Федерация погибла. Его злой рок распространился теперь на всю человеческую расу.
Сирил боится и ненавидит жителей Ванира за их телепатические способности, за то, что они посмели читать мысли, которые она скрывала даже от себя. Может быть, она и свыкнется когда-нибудь с этим. Но со временем телепатов возненавидят все женщины Федерации, и даже не ради себя, а ради своих детей. Какое место займут они в новом мире? Скора за несколько дней получил должность, о которой Дерек не смел даже думать. Народ Скоры может получить все, что угодно, без значительных усилий.
Он выпустил в мир чудовищ. Пока власть не развратит их, это будут добрые чудовища. Но они неизмеримо страшнее, чем нынешние враги Федерации. Конечно, телепаты могут помочь людям победить врагов, но потом они неизбежно станут высшей расой. Цивилизация, чья мощь основана на космическом флоте, скоро погибнет.
Ее место займет общество людей, которые не создали ничего, но обладают бесконечной силой.
— Есть такая древняя легенда, — произнес вдруг Скора. — Это история о мальчике, которого воспитали волки. Люди нашли его, когда ему было двенадцать лет, и этот ребенок был совершенно диким. Он не мог говорить, и никто не сумел научить его. А ведь потенциально его способность к речи была не хуже, чем у других людей.
У Дерека снова заболела голова, и он пропустил рассказ Скоры мимо ушей. Старик читал его мысли, но ему было все равно. Горькие мысли о тотальном поражении, которое принесло человечеству его открытие, продолжали мелькать в его голове. Неужели нет никакой надежды?.. Но психологи и генетики неоднократно проводили исследования на наличие парапсихологических способностей у людей и до сих пор ничего не обнаружили.
Скора нетерпеливо дернул плечом:
— Телепатия никогда не проявлялась у обыкновенных людей. Может быть, один случай на миллиард рождений. Даже в той группе, которую специально отбирал и тренировал Эван, сильным телепатом стал только Москеш. После взрыва он начал учить своих товарищей, так что они не стали мальчиками, кричащими «Волк!». У Лари и Ферада будет ребенок, и он тоже станет телепатом, как и другие жители Ванира, если его учить, хотя его отец обыкновенный человек.
Дерек подумал и безнадежно махнул рукой. Да, это выход для других миров. Телепаты с Ванира подарят им веру в будущее. Люди будут верить, что через долгое время, тяжелым трудом они постепенно обретут способности к телепатии. Новая религия, новые жрецы, обладающие чудесными способностями… В далекое прошлое уйдут легенды о тех временах, когда человеческая раса отвергала таинственный пси-фактор, как выяснилось позднее, к выгоде меньшинства. Некогда человечество разделилось на две неравные части, но люди не будут знать об этом.
Дерек испытал новый приступ головной боли. Скора с сочувствием взглянул на капитана и положил ладонь ему на затылок. Дерек испытал облечение.
— Люди, — произнес Скора, — имеют тенденцию делить человечество на неравноценные расы с того момента, как возникла цивилизация. Это всегда было и остается неправдой. Наука совершает ошибки, а старые легенды — не более чем суеверия.
Пальцы старика прикоснулись к самой болезненной точке и начали мягко массировать ее. Дерек взглянул на него с невольной благодарностью.
— Вот преимущество телепата, — сказал он. — Ты знаешь, где особенно болит. Спасибо, Скора.
Первый раз всегда больно, — прозвучал тихий голос в голове Дерека.
Губы Скоры не двигались. Затем он улыбнулся. Дерек не мог оторвать глаз от неподвижных губ жреца. В голове капитана тем временем продолжали звучать тихие слова:
Необходимо время, Дерек. Мы тоже утратили многое из того, во что верили: что нас преследуют, что мы зависим от бога, что обрывки знаний и древние легенды — это и есть истинная наука, и что мы особая раса. Взрослым нелегко овладеть телепатией, но это возможно. Зато теперь мы можем объединить все человечество — и, возможно, к нам примкнут даже те, кого вы называете врагами.
Боль ушла, оставив после себя странное чувство завершенности. Дерек поднялся на ноги. Слова не шли с его языка. Скора снова проник в его мысли и указал на обзорный экран.
— Командующий сектором Дерек, — громко произнес он, а эхо его слов отдавалось в мозгу капитана, — Вселенная — это царство людей, и там больше нет места суевериям, которые мы все слишком долго разделяли.
Дерек наблюдал, как звезды проносятся мимо «Сепелоры». Корабль нес двух человек в будущее. На стекле экрана капитан не видел печати злого рока; только отражения двух лиц, которые глядели на него с улыбкой.